Секрет пчелиного гнезда. В.С. Гребенников. Техника-молодежи, 1984, №6, с.39-41 - ogvsg

Перейти к содержимому

Главное меню

Секрет пчелиного гнезда. В.С. Гребенников. Техника-молодежи, 1984, №6, с.39-41

Секрет пчелиного гнезда. В.С. Гребенников. Техника-молодежи, 1984, №6, с.39-41
  • Скан
  • Текст
  • Комментарии

СЕКРЕТ ПЧЕЛИННОГО ГНЕЗДА

Виктор ГРЕБЕННИКОВ, энтомолог, Новосибирская область, г. Краснообск

рис. Александра Мирошникова

Заседание Новосибирского отделения Энтомологического общества АН СССР, состоявшееся в октябре прошлого года в зале Биологического института СО АН СССР, оказалось интереснейшим событием для его участников. Энтомолог В. С. Гребенников прочитал доклад «Биофизически активные зоны у гнезд пчел, восприятие их человеком и опыт воспроизведения в искусственных устройствах». Доклад стал предметом оживленной дискуссии. Явление, обнаруженное В. С. Гребенниковым, подробно излагается в публикуемой ниже статье. Какова его природа - пока неясно. Но им заинтересовались известные ученые, члены-корреспонденты АН СССР физик М. Ф. Жуков, испытавший описанные ниже ощущения, и физиолог растений Ф. Э. Реймерс, у которого особый интерес вызвали опыты с проращиванием семян пшеницы.

* * *

На обрывах речных берегов не редко можно увидеть отверстия подземных жилищ хлопотливых серо-черных птичек. Это колонии ласточек-береговушек. Сотни, иногда тысячи норок порой расположены так густо, что удивляешься, почему тут не просядет и не обвалится грунт.

Те, кто повнимательнее, могли видеть нечто подобное, но в миниатюре, на склонах оврагов и балок. Множество отверстий диаметра спички или карандаша иногда так тесно «насажены», что обрыв напоминает ноздреватый сыр или губку. В определенные месяцы здесь хлопочут совсем другие существа - дикие одиночные пчелы самых разных видов. Одиночными они названы потому, что в отличие от «семейных» пчел и шмелей все работы по строительству гнезда - рытье земли, отделку ячеек, снабжение пищей будущего потомства производит лишь одна самка. Рабочих и цариц здесь не бывает. Тем не менее эти «индивидуалистки» любят селиться рядом, бок о бок: так надежнее осуществить общую защиту пчелограда в случае вторжения врагов, которых у маленьких тружениц множество, и легче найти партнера для продолжения рода.

Колониями гнездятся мохноногие пчелы дазиподы; автофоры с предлинным хоботком; андрены, которые обильный пыльцевой груз носят под мышками; коллеты, выстилающие гнездо тончайшей прозрачной пленкой, и многие другие. Колонии их большей частью смешанные.

Много лет я наблюдаю у старого карьера в лесу под Краснообском большую колонию пчел-андрен, которая весною, когда цветут ивы - основной объект их питания, - буквально гудит. Летом наступает относительное затишье, а ближе к осени над откосом снова мельтешат, как сеть на ветру, несметные стаи пчел, но уже другого вида четырехполосого галикта.

Норки этой пчелы примечательны во многих отношениях. Почти метровый горизонтальный ход круто поворачивается вниз и делается толщиной с палец. Этот «ствол шахты» ведет к многочисленным штрекам - персональным ячейкам из песка и глины для личинок. Ячейки скреплены слюной и слиты в общую гроздь.

Гнезда галиктов дали ответ, правда, пока частичный, на давно волновавший биологов вопрос: почему при строительстве пчелограда, даже очень густонаселенного, не бывает случаев, чтобы строительница «заблудилась», врубилась в тоннель соседки или старое покинутое гнездо. Как правило, она еще издали старательно его обходит.

При попытке разобраться, как же пчелы чувствуют близость другого гнезда, обнаружилось интересное явление - даже старые фрагменты песчано-глиняных гнезд галиктов, сложенные в посудину отверстиями вверх, ощутимы с расстояния и человеком. Ладонь, занесенная над гнездами, улавливает какие-то термические эффекты.

Большинство проверивших на себе этот эффект, утверждают, что воспринимают как бы поток тепла, либо мягко ровного, либо вибрирующего. Один, например, определил ощущение как «жар над остывающим мангалом», другие наоборот, чувствуют над гнездами некую «прохладу» или даже «холодные струйки». Удалось проверить, что ощущения появляются на высоте от нескольких сантиметров до метра и выше, и, как показали опыты, явно зависят не только от «воспринимающего», но и от состояния погоды и положения солнца на небе. Эффект проверили на себе около ста человек, и только двое не испытали никаких ощущений.

На высоте двух-трех сантиметров над ячейками многие ощущают щелчки, покалывания или легкие удары в концах или основаниях пальцев и по краю ладони, иногда зуд, мурашки, гудение, подергивания, впечатление погружения руки в более плотную густую среду, помешивания киселя...

Подпись к рисунку: Часть подземной «шахты» пчелы - четырехполосного галикта. Левые ячейки - в разрезе. Материал - скрепленные пчелиной слюной глина и песок. Над плошкой с фрагментами старых гнезд галиктов ощутимы «термоиллюзии» (волнистые линии); ниже, при медленном движении ладони - «толчки» или легкие подергивания в пальцах (звездочки).

Мы попробовали воссоздать эффект искусственным путем. Наши эксперименты легко повторимы.

Сложите на стёле стопкой десятка два граммофонных пластинок, вынимая их из пакетов и перекладывая спичками; чтобы не портить запись, кладите по три спички на внутреннюю гладкую часть, сразу за «финалом». Где-то за первым десятком дисков укладывать спички станет трудновато: электростатическая «батарея» своим все более мощным полем начнет выкатывать спички к краю пластинки. Но доведите работу до конца. Когда сооружение будет готово, проведите над ним предплечьем и тыльной стороной ладони. Почувствуете мурашки: это волоски, притягиваемые электрическим полем, норовят стать торчком. Явление это, в общем, более или менее знакомое.

Теперь повернем руку вниз ладонью и на высоте 10-20 см подержим над «батареей»; отведем в сторону, вернем обратно. Почти непременно можно уловить как бы разницу температур: над пластинками вроде бы теплее. Однако не для всех: некоторые ощущают как бы холод или какие-то иные «околотепловые» иллюзии. Безусловно, это влияние электростатического поля, в которое вводим руку, реакция на него наших кожных рецепторов, кровеносных сосудов. Потренировавшись, можно уловить рукою этот «столб» с 1-2 м над пластинками; более или менее отчетливо «нащупать» и края этого «столба»; найти пластинки в темной комнате или с завязанными глазами натренированной рукой. Проделаем то же самое с катушками с магнитофонной лентой, сложенными в стопку. «Тепловые» иллюзии те же; однако прозондируем катушки волосками предплечья и тыльной стороной кисти - ан мурашек-то нет! Потому что нет электрического поля, вернее, оно очень слабо. Откуда же «тепло»? Да такое, которое проходит через бумагу, картон, дерево, пластмассу? Коробку с лентами вы без труда теперь найдете, не прикасаясь к ней, среди нескольких других таких же пустых коробок. Но это лишь «цветочки»... Спрячьте пачку катушек под металл, скажем, под одну из перевернутых одинаковых кастрюль, приподняв катушки возможно ближе к ее днищу. Пусть это сделают «ассистенты»; вы же, придя из другой комнаты и «прозондировав» кастрюли, вскоре безошибочно обнаружите искомую.

Но позвольте, может ли электростатическое или электромагнитное поле этак вот беспрепятственно пройти через железо эмалированной кастрюли? Может быть, «виною» магнитное поле самой катушки? Ведь у очень сильных постоянных магнитов некоторые люди ощущают тепловые «аномалии». Но у катушки с магнитной лентой чуткий компас никаких аномалий не обнаружит: «микрополя» записи настолько часты, мелки, густы, что компенсируют друга и практически делают ленту «магнитонейтральной». Что же за ощущения мы тогда испытываем, проводя ладонью над стопкой магнитных пленок, упрятанных в коробки и кастрюли?

Вопросительных знаков, пожалуй, я больше ставить не буду, тем более что дальше речь пойдет о вещах еще более несообразных, но зато доступных каждому. Убедиться в том, что мир еще познан, мягко говоря, не полностью, можно в собственной квартире, для чего достаточно в буквальном смысле слова лишь протянуть руку…

Подержите ладонь над пластиковым пакетом с нафталином, которого в нем не менее 200 г. Весьма вероятно, вы уловите некую температурную (а то и иную) «аномалию» на изрядном расстоянии от пакета. Это «поле» окружает пакет и сбоку, а если не толста столешница, то и снизу, хотя молекулы нафталина, могущие еще просочиться через тонкий полиэтилен, практически не пройдут так быстро через стол... Ставьте чистый опыт: ассистенты помещают пакет под один из одинаковых колпаков, вы же находите вещество хоть над столом, хоть под ним.

На нафталин меня навела «термоаномалия» (точнее - «термоиллюзия»), случайно обнаруженная за простенком: по ту его сторону стояла литровая банка с нафталином, плотно закрытая крышкой...

Подпись к рисунку: «Индуктор» из пластиковой воронки и восьми вклеенных в нее пластмассовых трубочек. Комплект обернут черной бумагой: а - зона «толчка» или «подушки»; б - зона тепловых аномалий.

Многие люди подобным образом реагируют на эфир, ацетон, горчицу, хранимые даже в герметически закрытых сосудах. Сильнейший «луч», возникает над сосудом Дьюара с жидким азотом (правда, этот опыт уже не домашний): внутри градусов под двести мороза, а над крышечкой высоко вверх тянет некое подобие тепла, ощутимое рукой на высоте 10-50 см...

Если вышеназванные вещества могут восприниматься ладонью благодаря своим «химизмам», то вот еще несколько опытов «пофизичней».

Горсть монет (от копейки до пятака) насыпьте в блюдце, а лучше в фольговую тарелочку с гофрированными бортами. Тоже можно ощутить «термоиллюзию», про тянув руку над тарелочкой, определить верхние и боковые границы эффекта. Теперь быстро уберите монеты и проведите здесь ладонью снова. Многие ощущают еще несколько секунд (а иногда минут) подобие «следа» на месте, где были монеты. Кстати, эти «помехи» изрядно сбивали нас с толку, когда делались первые опыты. Непременно почему-то нужно какое-то время как для первого ощущения объекта, поставленного на новое место, так и «для таяния следа» и на столе, и на экране (кастрюля, колпак и т. п.).

Подпись к рисунку: «Биогелиоиндуктор» из свернутых в конус фольги и полиэтиленовой пленки, с условно показанным «противосолнечным хвостом».

Хорошо работает «батарея» из нескольких бытовых воронок для наливания жидкостей в бутылки - жестяных, алюминиевых, пластиковых. Последние удобны тем, что, «стыкованные» держатся на трении, а в одной из них (у меня их пять) нетрудно провертеть дырочки, по центру тяжести комплекта, для концов оси проволочного штатива, дабы поворачивать и наклонять «батарею» в разные стороны (для чего нужно это делать, рас скажу чуть ниже). Чтобы не отражалось лучистое тепло руки, раструб лучше заэкранировать тканью. Можно сделать устройство из одной пластиковой воронки, в которую вклеены полые пластиковые трубочки, оканчивающиеся конусом с дырочкой. Воронку с этой «начинкой» оберните черной бумагой, чтобы не отражалось тепло руки, и поставьте раструб вверх, скажем, в стакан. Ощущения: «температурные иллюзии», а при проведении ладонью на высоте 1-2 см над раструбом минуты через три возникают как бы толчки или подергивания мышц в пальцах, у ногтей, в суставах, или же, как образно выразились видные ученые из Сибирского отделения АН СССР, - «бегущая волна». Некоторым же кажется, будто ладонь вводится в нечто более густое, или же над раструбом находится плотная «подушка». Для того чтобы отвлечься психологически, я предлагаю испытуемым выписывать в воздухе над раструбом ладонью двузначные числа, выходящие за пределы воронки и сосредоточившись только на каллиграфии.

Подобные ощущения дают фрагменты старых пустых ячеек одиночных, диких пчел вида галикт четырехполосный, разложенные в глубокой тарелке или плошке, по возможности отверстиями вверх; примерно такое же «тепло» (или «холод») и «толчки» (или «подушка»). Функциональное значение этих «сигналов» совершенно ясно: галикты любят селиться на старых обрывах, бок о бок, как говорят энтомологи - колонией. При раскопке самой плотной и старой колонии никогда не встретится случая, чтобы соседние постройки были друг к другу ближе двух-трех сантиметров Пчеле, роющей свою «шахту» и «штреки», прямо-таки необходимо чувствовать, далеко ли тоннели, иначе можно подвергнуть «пчелоград» из-за нарушения законов сопромата опасности общего обвала, чего никогда не бывает.

Теперь отчасти понятно поведение заблудившегося молодого шмеля, который, вылетов впервые из трубки «шмелепровода» из комнаты на улицу - от гнезда это метра четыре в сторону и вверх, - запамятовал местоположение летка и бился в его поисках весь день. А к вечеру, «отчаявшись», вдруг стал пытаться протиснуться к родному гнезду между кирпичами стены прямо напротив улья, висевшего точно по ту сторону толстенной преграды.

Подпись к рисунку: Простейший «биогелиоиндуктор». Опыт проводится в комнате, не освещенной солнцем, но рефлектор ориентирован параллельно солнечным лучам. В электросеть не включать! Термоаномалию можно уловить у раструба ладонью. Чтобы убедиться, что это не отражение лучистого тепла руки, раструб закрыть тканью. После нескольких тренировок аномалия улавливается и через картонный экран.

Энтомология помогла мне обнаружить еще одну особенность этих восприятий, как видите, широко распространенных в природе и вовсе не сверхчувственных. Для опытов по разведению пчел-листорезов - они опыляют люцерну - мы применяем пучки бумажных трубок, каждая из которых имеет внутренний диаметр 5-7 мм, в длину же - 150 мм. (Пучок из сотни трубок склеен бумажной лентой, а задние стороны трубок оканчиваются тупиками: их погружали в фольговое корытце с расплавленным парафином; когда же он остывал, края фольги прижимали к бокам трубчатого пучка. Пчелы охотно застраивают эти гнездовья своими ячейками, сделанными из обрезков листьев и заполненных цветнем; в каждой трубке - около дюжины ячеек. Но еще не населенное гнездовье, как оказалось, давало иногда «термоиллюзии», большей частью при ясном небе и в любой комнате. Оказалось, особенно сильно пучок трубок «лучит» тогда, когда он направлен «парафиновым» концом на солнце - в любой комнате любого этажа, за любыми домами и перекрытиями.

Вот это и заставило меня устроить для своих «биогелиоиндукторов» подвижные подставки, снабдить их вертикальной и горизонтальной шкалами; положение солнца известно заранее по номограммам, вычерченным по данным Астрономического календаря. Несмотря на то, что трубки отражать тепло руки практически не могут, а «антисолнечные» концы моих других устройств затянуты синей тканью (синее должно казаться холодным), большинство испытуемых говорит: «Оттуда что-то жарит». Причем в любую погоду и, как ни странно, ночью, напрямик сквозь горб земного шара, когда устройство приходится наклонять «носом вниз»... Кстати, поэтому-то я и батарею из воронок также сделал подвижной.

Особенно хорошо работает «Большой конус» из нескольких десятков листов алюминиевой полиграфической фольги (каждый лист размером 450х370 мм, толщина 0,1 мм) вперемежку с уплотненной, «в клеточку», полиэтиленовой пленкой для теплиц. Длина конуса - 600 мм, - рабочий раструб - 150 мм; он закрыт редкой сеткой из проволоки и тоже затянут синей тканью; остальное оклеено бумагой. «Излучение» из раструба в удачные дни и часы (все же наилучший эффект - при высоком дневном солнце) напрочь «прошивает» металл, двери, стены: из другой комнаты «аномальное пятно», - конечно, более широкое, размытое, улавливается ладонью вполне уверенно (если у стены нет других предметов, могущих создать «помехи»). Многие, приближающие к раструбу лицо, говорят, что кислит на языке, как от гальванической батареи, хотя электростатического эффекта у «Большого конуса» практически нет. Кое-кто чувствует языком «толчки», а у отдельных испытуемых наблюдается нечто подобное местной анестезии в области рта - как при стоматологических процедурах; через несколько минут это проходит...

Но человек не прибор, его показания субъективны и в серьезных изысканиях в расчет не берутся (что, мягко говоря, иногда обидно: ведь человек улавливает один квант света, это на несколько порядков превышает чувствительность самых тонких счетчиков).

Возможно, явление скрывает в себе еще немало интересного. Ведутся подробные протоколы-анкеты, их уже много десятков. Вероятно, способность к восприятию - широко развитое в природе явление, которое в эволюции человека просто не требовалось, а пчелам - пригодилась.

Мы помещали в зону действия гнездовий и моделирующих их устройств колонии микроорганизмов. Жизнедеятельность дрожжевых клеток, некоторых бактерий и грибков заметно угнеталась. Большие серии опытов с прорастающими зернами пшеницы показали: в зоне действия «индуктора» отчетливо отстает рост корня, обнаружены и пространственные отклонения при его развитии. Установлено также, что решетчато-слоистые конструкции других параметров (иные из них уже мало чем похожи на свои прообразы - гнездовья пчел) способны действовать не только на руку, но и на организм в целом. Эффект ощутим за любым экраном. В зоне действия устройств многие отмечают улучшение настроения, жар, резкое сокращение отекших по какой-либо причине слизистых оболочек, мурашки в конечностях, тики мышц, фосфены (вспышки в глазах), ощущение падения, потерю веса конечности или тела в целом. Некоторые ощущения оказались в ряде случаев с последствием разной продолжительности - от нескольких минут до нескольких дней.

Явлением глубоко заинтересовались физиологи, физики, врачи. Сейчас ведутся изыскания приборов, которые могли бы зафиксировать и измерить эффект, что весьма трудно, так как природа его неясна даже приблизительно. Но и в «необъясненном» виде он уже сейчас может представить интерес для ряда отраслей науки. А в сельском хозяйстве, где он, собственно, и был обнаружен, эффект приносит пользу: пчелы-листорезы в гнездовьях, обладающих наиболее мощной «биофизической» зоной, развивались намного быстрее; куколки их крупны, здоровы, свободны от болезней и почти не заражены паразитами; численность их почти в шесть раз превышает исходное количество родителей.

Именно с помощью этой находки мы надеемся получить в ближайшие годы не одну, как это делается повсеместно, а две генерации (поколения) люцерновых пчел листорезов в сезон.

 

© oaum-ozon (Project 2011-2014)

oaum-ozon@yandex.ru

MATRI-X : альтернативные источники энергии
Adblock Plus
Яндекс.Метрика
Назад к содержимому | Назад к главному меню