02.01.2019
Предыдущая версия.
Зеркало.

Защита Пчелограда. В.С. Гребенников. Социалистическая индустрия, 23.02.1984

Скан/Scan

На грани фантастики


ЗАЩИТА ПЧЕЛОГРАДА


Биофизически активные зоны у гнезда пчел, восприятие их человеком и опыт воспроизведения в искусственных условиях — так назывался доклад, с которым на заседании Новосибирского отделения Всесоюзного энтомологического общества Академии наук СССР выступил В. Гребенников. Загадочные явления, о которых он рассказал, вызвали живой интерес ученых. Член-корреспондент АН СССР М. Жуков из Института теплофизики и член-корреспондент АН СССР Ф. Реймерс из Биологического института, познакомившись с экспериментами, пришли к выводу, что обнаруженное явление заслуживает самого пристального изучения. О нем — наш сегодняшний рассказ.


На обрывистых речных берегах часто можно увидеть многочисленные отверстия — входы в подземные жилища ласточек-береговушек. Сотни, а иногда и тысячи норок порой расположены так густо, что можно только удивляться, почему не просел и не обвалился изъеденный ими грунт? Нечто подобное, но в миниатюре можно встретить и на склонах оврагов и балок: отверстия с диаметром от спички до карандаша сидят так тесно, что обрыв напоминает ноздреватый сыр или губку.

Это — жилища разных видов диких пчел. Среди них особенно интересны жилища так называемого четырехполосового галикта. Почти метровый горизонтальный ход идет в толщу земли. А потом круто поворачивает и делается толщиной в палец. От него отходят многочисленные штреки — персональные ячейки для личинок, стенки которых скреплены слюной. Но самое удивительное в другом: хотя ходы расположены очень близко друг к другу, не было случая, чтобы при сооружении пчелограда одна строительница врубилась в ячейки соседки.

Пытаясь понять, каким законом руководствуются пчелы-строительницы, мы вырезали из склонов фрагменты старых гнезд галиктов. И тут произошло неожиданное. Когда я случайно сложил несколько фрагментов так, что их отверстия смотрели вверх, ладонь вдруг уловила нечто, подобное дуновению тепла. Не поверив себе, я обратился за помощью к коллегам. Большинство из них также почувствовали какие-то термические эффекты. Одним казалось, что, из отверстий идет восходящий поток тепла, по их словам — как жар над остывающим мангалом. Другие, наоборот, чувствовали над гнездами некоторую прохладу или даже холодные струйки.

По нашей просьбе этот эффект проверили на себе около ста человек. И только двое не уловили его. Остальные же испытывали самые разные ощущения — покалывание и легкие удары на концах пальцев или по краю ладони, зуд, мурашки, гудение, подергивание. У некоторых впечатление было такое, будто рука погружается в более плотную, густую среду. Обобщив эти свидетельства, нам удалось установить, что необычный эффект проявляется на высоте от нескольких сантиметров до метра и выше. И явно зависит не только от воспринимающего человека, но и от состояния погоды, положения солнца на небосводе.

Мы попытались воссоздать этот эффект искусственным путем — делая отверстия и ходы в разных материалах. Судя по результатам, мощность таких генераторов необычного поля зависит не столько от природы материала, сколько от архитектуры образованных в нем полостей. Причем наиболее сильно эффект проявлялся в тех случаях, когда каналы этих устройств были направлены строго параллельно солнечным лучам.

Невольно напрашивалось предположение: может быть, природа вооружила пчел этим явлением, чтобы они могли защитить свои поселения от врагов?

В зону природных гнездовий и моделирующих их устройств мы помещали колонии микроорганизмов. И обнаружили, что на некоторые бактерии и грибки наши резонаторы действуют явно угнетающе. Аналогичные результаты дали и опыты с прорастающим зерном пшеницы: в своем развитии оно отставало от контрольных образцов. А некоторые из моих помощников утверждали, что у них улучшалось настроение, другие — что почувствовали жар, вспышки в глазах, ощущение падения и даже потерю веса тела.

Обнаруженным нами явлением заинтересовались физиологи, физики, врачи. Делаются попытки создать приборы, которые могли бы зафиксировать и измерить эффект. Но сделать их весьма трудно, так как природа явления пока не ясна даже приблизительно. Могу лишь сказать, что оно воздействует не только на биологические объекты. Как показали эксперименты, под его влиянием иначе идут, например, процессы кристаллизации в растворах разных веществ. Вот почему мы надеемся, что расшифровка этого явления, позволит использовать его не только в биологии, сельском хозяйстве, в медицине, но и в технике.

В. ГРЕБЕННИКОВ,

заведующий Музеем агроэкологии и охраны природы СибНИИ земледелия и химизации сельского хозяйства Сибирского отделения ВАСХНИЛ.

КРАСНООБСК,

Новосибирская область.