02.01.2019
Предыдущая версия.
Зеркало.

Портрет цветка. В.С. Гребенников. Уральский следопыт, 1976, №3, с.17 (цветная вкладка)

Портрет цветка

Виктор ГРЕБЕННИКОВ


На вкладке рисунок 3. Баженовой, фото автора


Лесная лужица. На гладком иле, у самой воды и подальше — следы птиц, выпуклые иероглифы ползавших под самой поверхностью личинок насекомых, отпечатки лап — еж ночью приходил сюда на водопой. Здесь же, извилистыми красивыми цепочками, следы совсем уж крохотных существ: жуки бегали по илу.

Пока я разглядывал следы лесных обитателей у маленького водопоя, сам наследил изрядно: подошвы сапог, гигантских по сравнению с ежиными и птичьими лапами, тяжело и убедительно вмялись в сырой грунт. Заметен каждый гвоздик, каждая трещинка на подошве. Не утерпел, нагнулся и оставил в мягком иле отпечатки ладоней, и даже попытался (вспомнил детективные рассказы) изобразить пальцами след пещерного медведя. Только эта последняя работа получилась слишком уж грубой...

Но пора и назад. Бросил на лужицу последний взгляд — и вдруг заметил какое-то движение. Это выпрямилась травинка, высвободившаяся из ила, куда она была вдавлена сапогом. И я увидел аккуратный отпечаток стебля с зубчатым листом...

Подумалось: вот бы залить ямку гипсом! Ведь биологи коллекционируют следы животных, заполняя их гипсом. Получаются более или менее точные слепки лап. Но нигде я не читал о том, что так можно получать слепки растений.

Первые опыты с глиной и землей успеха не дали: растения прилипали к грунту. А такого ила, как тогда в лесу, найти так и не удалось. Пластилин! Попробовал — растения в нем давали четкие отпечатки. Но раздавливались зрелые ягоды и расплющивались нежные цветки. Выход был найден и тут. Пластилин сильно разогревался в лучах электрокамина, тщательно замешивался руками, из него быстро формировалась толстая лепешка — будущая форма для отливки. А чтобы выровнять поверхность лепешки, на нее кладется лист бумаги, сверху книга, на которую с силой нажимаем рукой — и поверхность готова к работе.

Быстренько (чтобы не остыл пластилин) кладем растение, поверх него — бумагу или ткань, и снова, через доску же, с силой вдавливаем растение в мягкий пластилин. Уберем доску, бумагу или ткань, и — за стебелек, чтобы не наделать лишних вмятин на форме — вытаскиваем растение.

Но как сделать, чтобы гипс вошел в самые тонкие канавки формы, оставленные былинками? Ведь пузырьки воздуха в гипсово-водной суспензии оставят после себя раковины, портящие изделие! Выгонять их кистью, пока не застыл гипс? Но кисть оставляет царапины.

Выход опять нашелся: нужно охладить пластилиновую форму с отпечатком растения в ванне или даже в холодильнике. Материал станет твердым.

Гипс быстро разводим в воде до состояния сметаны. Затем акварельной кистью, обмакнутой в сметану и слегка потертой о кусок мыла, быстро прокрашиваем форму, стараясь вогнать суспензию в самые узкие ее канавки. Подольем еще немного гипса, потрясем форму руками, а доску, на которой она лежит, ударим снизу несколько раз молотком,— чтобы пузырьки воздуха всплыли. Теперь можно вылить и весь гипс — до самых бортиков формы, и, пока он жидкий, вставить проволочное ушко для подвески будущего рельефа.

Затвердевает гипс обычно за несколько минут. Отливки можно уже извлекать из формы. Чтобы при этом не сломались тонкие детали (изображения стеблей, тычинок, тонких листьев), пластилин нужно сделать снова мягким, то есть опять разогреть. Лучше всего всю форму вместе со слепком погрузить на несколько минут в теплую (если рельеф не очень высок) или горячую (если рельеф сложен, изобилует тонкими деталями) воду. Осторожно отворачивая размягченный пластилин, освобождаем слепок.

Этот момент самый волнующий и самый ответственный во всей процедуре. Под пластилином появляются выпуклые, точные, необычайно красивые белые стебли, листья, цветы, наконец, весь двойник растения, лежащего тут же, рядом...

...В обычных гербариях более всего страдают цветки — чернеют, ссыхаются и сплющиваются. Новый способ получения ботанических препаратов, возможно, в чем-то пополнит средства гербаризации, а художникам-флористам, особенно юным, доставит немало радостных минут. Не знаю, удастся ли мне самому выполнить все замыслы — создать серию декоративных пластин на травяные темы, пополнить коллекцию цветков сибирских медоносов, заложить гербарий галлов (особых наростов на растениях) — это очень много работы. Но уже более полусотни наиболее интересных экспонатов ботанической глиптотеки находятся в музеях СибНИИХИМа, Всероссийского института защиты растений и Главном Ботаническом саду Академии наук СССР.

Как все-таки хорошо, что упругая травинка, попавшая когда-то у лесной лужицы в след сапога, тут же выпросталась из ила и выпрямилась, оставив после себя столь замечательный отпечаток!